СКАЗАНИЯ О ЛЮДЯХ ТАЙГИ

К 95-летию со дня рождения А. Т. Черкасова

page5_clip_image001.jpgВ Крымской республиканской универсальной библиотеке им. И. Я. Франко в отделе «Русский литературно-художественный центр им. А. С. Пушкина» состоялся вечер памяти самобытного сибирского писателя, классика XX века, автора популярной трилогии «Хмель», «Черный тополь», «Конь рыжий» Алексея Тимофеевича Черкасова (1915-1973), родившегося в Сибири и завершившего земной путь в Симферополе, куда он приехал в 1969 году с надеждой на выздо-ровление.

Содружество библиотеки - филиала № 2 русской литературы им. В. А. Жуковского, Республиканской юношеской библиотеки, Республиканской общественной организации «Землячество сибиряков в Крыму» сделало возможным проведение юбилейного вечера.

Человек, смотревший на меня с портрета, поразил своей необычайностью. Облик его был так вдохновенно динамичен и одновременно напряжен, что все остальное отодвигалось на какой-то дальний план и поглощалось главным. Это было лицо, в котором отразилась душа, внутренне состояние чувств и переживаний. Смотрела я на него и думала: «Такой защитит, даже если и сил не будет иметь».

Я почувствовала высочайшую глубину его духовности, в нем было непостижимое сочетание духовной и внешней красоты. Незримая нить протянулась ко мне, отодвигая все, что было реально. Комната казалась маленькой для такой яркой личности, каким был Алексей Черкасов, портрет которого написал народный художник России и Украины Вален-тин Вернадский. На протяжении всего вечера мои глаза невольно обра-щались к портрету.

«Так вот он каков - написавший сказание о людях тайги», - думала я.

Талант этот открыл А. М. Горький, когда Алексею было 19 лет. Но к своей звезде он шел через испытания и тернии. В романе «Хмель» А. Черкасов, глубоко знающий историю Отечества, философ, проникающий в тонкости души, художник слова, скажет: «Слово дано всем, мудрость души - немногим». Эту же фразу я прочитала на его могиле в Симферополе.

«Жизнь, как и река, - с истоком и устьем, - напишет Алексей Тимофеевич в романе «Хмель». - У каждого - своя река. У одного - извилистая, петлистая, с мелководьем на перекатах, так что не плыть, а брести приходится; у другого - бурливая, клокочущая, несущая воды с такой яростью, будто она накопила силу, чтоб пролететь сто тысяч верст, и вдруг встречается с другой рекой, еряет стремительность, шумность, и начинается спокойное движение вперед, к устью.

Есть не реки, а ручейки - коротенькие и прозрачные, как жизнь младенца: народился, глянул на белый свет, не успел налюбоваться им и – помер....

Если глянуть с истока, иной думает: нету конца и края течению его реки и радуется.

В истоке не оглядываются назад. За плечами - розовый туман, и в этом тумане - игрища, потехи, мать да отец, братья да сестры, бабушки да дедушки, прилежание или леность - чем любоваться? Зато вперед глядеть радостно. Неведомые берега тянут к себе, новые люди, встречи и разминки – жизнь!..».

Трилогия - наиболее известная среди других произведений А. Черкасова - охватывает почти полтора столетия и объединяется образом Ефимии, от которой «не в силах был оторвать взгляда» декабрист - каторжанин Лопарев. На последних страницах сказания ей уже 136 лет. Казалось бы, невероятно, но сам автор встречался с женщиной, видевшей Наполеона и ставшей прообразом Ефимии.

Сказания об истории Сибирского края отличаются динамичностью, их не только интересно читать, они притягивают, заставляют возвращаться к прочитанному.

Читатель вместе с декабристом А. Лопаревым, бежавший с этапа, попадает в старообрядческую общину, ушедшую в глубину Сибири.

Как сложен путь к истине - его надо выстрадать. И возможно ли обрести счастье?

Какие разные характеры героев, какая ломка судеб и их переплетенье!

Мастерство А. Черкасова в том, что, читая, ты видишь героев, слышишь их речь, живешь их мыслями и чувствами.

Время проходит, герои меняются, уходят, а действие продолжается. И ты во власти сюжета.

Автор - тонкий психолог. Он обнажает то, что прячется «за изгородью слов и пауз»: «...Есть разные лица у людей: плоские, вычерченные резко и сильно энергичные, усталые и такие, на которых отпечатана вся жизнь... Если глянуть издали - ничего не видно. А присмотреться - поражаешься силою отпечатка».

Талантливый писатель рисует сильные, мощные характеры, передает их сложность, неповторимость. Сказания - не легкое, развлекательное произведение, а зовущее к размышлению чтения.

Запоминается образ предводителя общины староверов-раскольников Филарета: «Старец был необыкновенно высок, с царя Петра, костлявый, прямой; на белой рубахе до колен искрилась такая же белая аршинная бо-рода, поверх нее лежала толстая золотая цепь - увесистый осьмиконечный золотой крест. Холщовая рубаха была перетянута широким ремнем по чреслам; длинные белые космы, ни разу, видать, не стриженные, спуска-лись ниже плеч. Старец был бос и шел величаво, опираясь на толстый посох с золотым набалдашником и железным наконечником — точь-в-точь Иван Грозный со старинной иконы. И такой же горбоносый».

Ко времени, отображенном в романе, старообрядчество трансформи-ровалось в изуверство, различные варианты толков и согласий. Потрясает описание сожжения Акулины Юсковой только за то, что у нее родился шестипалый младенец.

Филарет «из окружающей жестокости утверждает свою жестокость, чтобы сохранить общину».

Великолепны диалоги старца с декабристом Лопаревым.

Рядом со страданиями в романе идет любовь. И такая разная. Ефимия, знающая секреты врачевания, «более всего лечила <Лопарева> соб-ственным сердцем, неистраченной любовью, обрызганной с девичества горем горьким да вязким».

Она признается: «Не греховная плоть мучает мя, а сердце тепла ищет, человека ищет, свободы духа ищет».

Да, «душа—не тело, затворы да стены не удержат» ее. Сердце чувствует тепло, исходящее от другого: «Бог не заповедал держать душу в цепях и сердце в холоде». Но «каждый разматывает собственную жизнь».

Пейзажи сказаний сливаются с жизнью персонажей, являясь фоном для развития сюжета. В лучших традициях русской классики написаны живописные картины природы. И, словно предвозвещая свидание Ефимии и Лопарева, «августовская ночь прояснилась звездами.... Ночь играла ясными звездами».

Сердце Ефимии открылось, «она протянула Лопареву зовущие руки». Любовь осветила, обняла радостью и теплом, дала свет душе: «Любовь как птица небесная. Над головой летает, а не всем в руки дается».

Трилогия «Хмель», «Конь рыжий», «Черный тополь» создавалась в соавторстве с Полиной Дмитриевной Москвитиной, с которой Алексей Черкасов познакомился в 1943 году, находясь в неволе. Ей, ставшей впоследствии его женой и присутствующей на памятном вечере, Алексей Тимофеевич сделает посвящение к выходу в свет романа «Хмель»: «Без твоего мужества в трудные годы, без твоего истинно творческого участия, когда мы вместе создавали замысел Сказания, вместе работали, переживали горечи неудач и счастливые минуты восторга, без такого творческого союза, друг мой, я никогда бы не смог написать Сказаний о людях тайги».

В 1983 году Минусинский драматический театр Красноярского края осуществил постановку по роману «Хмель» в двух частях (часть первая - «Крепость», часть вторая - «Корни и листья»). Спустя три года режиссер-постановщик Валерий Пашнин, исполнительница главной роли Ефимии Галина Саломато-ва и художник-постановщик Александр Кузнецов были удостоены Государственной премии России. В 2007 году театр поставил спектакль «Черный тополь», который с огромным интересом был встречен зрителями не только Сибири, но и Москвы, стал лауреатом Всероссийского конкурса «Золотая маска» 2009 года.

Время выявляет истинное. Уже полвека Сказания о людях тайги дарят читателю и зрителю глубинные откровения.

Имя классика литературы Алексея Черкасова пришло к нам из XX века, наполненного потрясениями, в XXI век надежд и ожиданий.

Надежда ПРОСКУРИНА
"Южная столица" 23 июля 2010

© 2006-2017. Все права принадлежат правообладателям
Официальный сайт А.Т.Черкасова
Разработка и поддержка: EsprimoPlus